На состоявшейся сегодня пресс-конференции представители Института Развития Интернета (ИРИ) рассказали о предстоящем первом российском форуме «Интернет экономика, на котором ведущие представители отрасли и государства встретятся, чтобы обсудить роль интернета, как драйвера экономического развития России.

По словам Германа Клименко, председателя Совета ИРИ, основой Форума станут инициативы и предложения Института Развития Интернета (ИРИ) по усилению интернетизации различных областей экономики России, разработанные в рамках Поручений Президента РФ Владимира Путина от 19 мая 2015 года. 

В ближайшее десятилетие западные эксперты в рекламной и теле-индустрии ожидают  революционных изменений, тесно связанных с новыми технологиями и потребительским поведением среднего зрителя.

Сегодня многие пользователи Интернета нередко пророчат быстрые потери влиятельности печатными СМИ. При этом редакции глянцевых журналов продолжают устраивать модные вечеринки, хипстеры читают новые интеллектуальные издания, а самые популярные новостные сайты – это интернет-версии именно печатных СМИ. Никто не обратил внимание на то, что о гибели печатных СМИ говорят не факты, а компании, продающие рекламу в Интернете или зарабатывающие в Сети любым другим способом. Вот 12 аргументов, которые убеждают не отказываться от рекламы в популярных печатных изданиях.

Крупные кинокомпании стали полностью отдавать сериальное производство небольшим студиям. По такой модели кинокомпания «Амедиа» выпустила успешные драматические сериалы «Бедная Настя» и «Татьянин день», а также мистический сериал-триллер «Закрытая школа». Президент кинокомпании АЛЕКСАНДР АКОПОВ объяснил корреспонденту РБК daily КАТЕРИНЕ КИТАЕВОЙ, почему для кинокомпаний аутсорсинг выгоднее собственного производства.

Предложенный Михалковым «налог на интернет» остался без поддержки Кремля

Администрация президента не поддерживает законопроект об авторском сборе со всех пользователей Рунета. Это означает, что инициатива, предложенная Российским союзом правообладателей Никиты Михалкова, не будет реализована

Концепция отклонена

Администрация президента не поддерживает инициативу Российского союза правообладателей (РСП), совет которого возглавляет Никита Михалков, о глобальной лицензии. Позиция Кремля, как сообщил РБК источник, близкий к президентской администрации, состоит в том, что эта инициатива не имеет перспективы.

На собственные источники в администрации президента ссылается и собеседник РБК в интернет-индустрии. По его словам, концепция глобальной лицензии отклонена, это решение оформлено уже в виде внутреннего документа. Другой собеседник РБК в интернет-отрасли добавляет, что, по его данным, этот документ был подготовлен еще 17 июня.

На днях в правительство из администрации президента пришел документ, из которого следует, что вопрос о глобальной лицензии был снят с контроля, что, по сути, означает, что этот вопрос больше не актуален, рассказал федеральный чиновник. В секретариате первого вице-премьера Игоря Шувалова отказались от комментариев.

Что такое глобальная лицензия

Российский союз правообладателей Никиты Михалкова в конце 2014 года предложил ввести глобальную лицензию. Под этим подразумевается, что все без исключения пользоват​ели интернета будут платить правообладателям за распространение контента в интернете. Вероятный размер сбора —​ 25 руб. в месяц.

Собирать деньги через операторов связи, предполагается, должна организация по коллективному управлению правами. Она впоследствии распределит средства между правообладателями пропорционально популярности их контента в интернете. Платить хотят обязать всех, кто обладает даже потенциальным доступом в интернет (сим-картой).

Операторы связи, по замыслу авторов, должны будут установить специальную технику, чтобы отследить, какой контент чаще скачивают. Минкультуры оформило эти идеи в законопроект и опубликовало его на сайте regulation.gov.ru в феврале 2015 года. Общественное обсуждение инициатив длилось до конца апреля.

Устали обсуждать

Представитель Российской ассоциации электронных коммуникаций Ирина Левова напоминает, что в разное время негативные отзывы на законопроект уже давали правообладатели, представители интернет-отрасли, телекоммуникационные компании, ФАС, Минкомсвязи, Минюст, Минэкономразвития, а также университеты МГУ и СПбГУ. Профильный комитет Госдумы по информационной политике, по словам Левовой, инициативу Российского союза правообладателей тоже не поддерживает, но решил не писать официальный отзыв.

«Крайне отрицательный отзыв» дал совет при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, заявил его председатель Михаил Федотов в минувший вторник на круглом столе, посвященном глобальной лицензии. Федотов подчеркнул, что идея «грубо противоречит международным обязательствам России», а сама со себе мысль «собрать денег в виде дополнительного налога», по его мнению, «жульничество».

Обсудить законопроект экспертам поручили на закрытом совещании «открытого правительства» у вице-премьера Игоря Шувалова, которое прошло в середине июня, рассказали РБК два участника встречи. На том совещании присутствовал сам Никита Михалков, министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров, министр культуры Владимир Мединский. Никифоров назвал причины, по которым идея не реализуема. Нужного оборудования на рынке нет, а если и появится, на воплощение идеи понадобится не менее $5 млрд, передают слова министра участники встречи. К тому же идея политически опасна, и об этом свидетельствует опыт Венгрии, где подобная идея вылилась в массовые протесты, говорил тогда же Никифоров.

Мединский, министерство которого разработало законопроект, заявил, что не является горячим поклонником идеи. К тезисам Никифорова он тогда добавил и свой пункт — о том, что глобальная лицензия «дурно повлияет на кинотеатры». Внятных аргументов в пользу законопроекта о глобальной лицензии от представителей РСП участники закрытого совещания не услышали.

За что критикуют глобальную лицензию

Общий негативный отзыв рабочей группы, в которую вошли, как говорится в документе, 90% представителей отраслей медиа и телекоммуникаций,12 мая представил замминистра связи и массовых коммуникаций Алексей Волин. В группу вошли операторы связи («Ростелеком», «ВымпелКом», МТС, «МегаФон», Tele2), представители Российской ассоциации электронных коммуникаций, поисковики «Яндекс» и «Спутник», защищающая правообладателей ассоциация «Интернет-видео», ассоциация разработчиков софта «Российские операционные системы», представители научного сообщества, института «Гипросвязь».

Волин предложил идею «похоронить» и перечислил основные риски, которые она в себе несет.

1. Оборудование для анализа контента, которое, по замыслу РСП, должны устанавливать операторы связи, «на рынке отсутствует» и может появиться не раньше, чем через два-три года.

2. В законопроекте Минкультуры пока не прописано, кто должен финансировать установку этого оборудования. По мнению авторов отзыва документа, если это должен будет делать оператор связи, то это приведет к дополнительным расходам, которые будут окупаться как минимум десять лет. Затраты на такое оборудование и модернизацию сетей в масштабах отрасли, по оценке «Гипросвязи» (занимается проектированием объектов связи и телекоммуникаций), составят от $1 млрд до $5 млрд.

3. Если затраты будут возмещаться за счет сборов с пользователей, правообладатели могут не получить деньги «никогда». По оценке экспертов, сборы составят около 20 млрд руб. в год. Но с учетом амортизации оборудования (его нужно будет полностью обновить через четыре-пять лет) правообладатели не смогут получить деньги.

4. Предложенное техническое решение не обеспечивает достоверность полученной статистики: оборудование не сможет прочесть зашифрованный трафик (10–15% в общем объеме трафика Рунета), трафик, проходящий через анонимайзеры. «В результате оператор связи станет постоянным участником судебных споров (на стороне ответчика) между РСП и правообладателями», — считают авторы документа.

5. Операторы связи рискуют потерять абонентов: из-за невозможности отказаться от глобальной лицензии люди могут отказаться от услуг.

6. Проект противоречит действующим законам, в том числе потенциальное нарушение прав граждан на тайну переписки и защиту частной жизни.

7. Реализация законопроекта нанесет удар по бизнесу легальных онлайн-площадок в связи с «бессмысленностью вложения средств в этот бизнес» в условиях глобальной лицензии, по бизнесу кинотеатров («падение выручки минимум на 30%, закрытие 80% кинотеатров в течение трех месяцев»).

8. Из-за отсутствия конкуренции за зрителя упадет качество контента, также возможно банкротство операторов кабельных и спутниковых систем телевидения — ​исчезнет стимул для развития широкополосных сетей и систем интернет-телевидения (IPTV).

9. Под угрозой находится и бизнес телеканалов: они не смогу​т реализовать вторичное право (право на использование контента именно в интернете), которое уже сегодня составляет «заметную часть прибыли» телевизионных каналов.

Дарья Луганская
РБК

Юрий Сапрыкин, бывший главный редактор российского журнала «Афиша», прочел лекцию «Куда мы катимся: журналистика между “Сегодня” и “Завтра”» в Школе гражданской журналистики. Он рассказал об «информационных пузырях», важности human touch и гибели фактчекинга. Медиакритика.by записала самые интересные тезисы.

О скорости распространения информации

Скорость распространения информации стала неизмеримо выше, и поэтому если раньше у тебя был какой-то производственный цикл — номер подписан, номер ушел в печать, через 10 часов он появится на прилавках, или через два дня, если речь идет о журнале, в какой-то момент можно выдохнуть и задуматься о том, что делать дальше, — то сейчас никакого такого цикла нет. Все время надо что-то делать и вообще кто быстрее, тот и прав.

О восприятии изданий

Вся эта заточенность под социальные сети, под SMM, под лояльность через подсчет количества лайков, через подписку на аккаунты привела к тому, что люди уже не очень-то воспринимают издание как издание. Действительно всем очевидно, что люди кликают на интересную статью, не всегда понимая, откуда она взялась. А если уж издание называется «Слон» или «Сноб», то для читателя все сливается в одно целое. И еще Colta там же. Все — один большой конгломерат, из которого в фейсбуке на тебя периодически выпрыгивают статьи. В такой ситуации поддерживать какую-то марку, какую-то идеологию, какие-то голос и знание становится очень сложно.

О лонгридах

Есть знаменитый пример того, как должны выглядеть в будущем так называемые лонгриды — это спецпроект «The New York Times» Snow Fall. Такая гигантская мультимедийная штука, из которой на тебя помимо текста выплывают картинки, видео, шумы и так далее. Сейчас в стилистике этого Сноуфола заверстываются материалы Дарьи Асламовой в «Комсомольской правде» про то, как тяжко русским жить в Литве, и какое там фашистское правительство. Подозреваю, что у него есть даже мобильная версия, и все это здорово работает на экране мобильного, как предсказывали эксперты пять лет назад.

О нежурналистике

В ситуации, когда все стало высокотехнологичной пропагандой, есть искушение вообще плюнуть на эту профессию и заняться чем-то близким, но немножко другим. Есть ценностно чуждый мне, но, безусловно, мощный в каких-то своих медийных компетенциях ресурс «Спутник и Погром». Давайте сделаем такой же, но с противоположным идеологическим знаком. То есть, давайте будем просто заниматься откровенной пропагандой. Или давайте вообще на все это плюнем и будем делать какие-то вещи для вечности — «Арзамас». Безусловно, это не журналистские материалы, да и вообще не медийные материалы. Это какие-то книжки в цифровой форме, которые можно поставить на полку и когда-то в вечности к ним вернуться. Тем более, как показывается практика, никакой вечности, в которой ты читал бы потом материалы «Арзамаса», не существует. Это актуально именно для этого времени, когда оказываются невозможными какие-то более сиюминутные, честные и профессиональные журналистские вещи.

Об «информационных пузырях»

Настоящая беда еще глубже — беда в том, что все эти наши дорогие пользователи и мы с вами просто в силу технологического устройства соцсетей загоняем себя в такие «информационные пузыри» из-за того, что мы лайкаем то, что нам нравится, и больше смотрим те аккаунты, которые нам нравятся, но постепенно сеть, будь то Фейсбук, Гугл или что угодно, все больше нам их и показывает. И не показывает то, что нам не нравится. В результате мы оказываемся в таком коконе, в котором есть какой-то набор тем и интерпретаций этих тем, и извне которого до нас чисто технологически ничего не долетает. Иногда в этот кокон влетает какой-нибудь твит Егора Холмогорова, и ты думаешь: «Какой ужас, вот, оказывается, что в жизни бывает!» Но если ты специально не следишь за творчеством этого автора, то может показаться, что вообще и нет таких людей, и нет таких взглядов, и нет таких интерпретаций реальности, и все нормально.

О несостоявшихся журналистских подвигах

А еще появилась довольно популярная позиция: вы знаете, все так сложно, так сложно и непонятно, где правда, а где ложь, и кто сбил самолет, мы никогда не узнаем, поэтому лучше об этом не думать. Такая очень изящная московская интеллигентская отмазка. Но штука-то в том, что самолет кто-то сбил. Его могли сбить с двух разных сторон, и он совершенно точно не сам упал, и на этот вопрос есть ответ, и он один. И миссия журналистов в некотором роде и заключается в том, чтобы дать этот единственно верный ответ. И они его дают. Но дальше тот информационный мир, в котором мы существуем, оказывается устроен так, что этот ответ очень легко не услышать или не заметить, или сделать вид, что это не ответ, а просто одна из версий, а на самом деле все сложно и неоднозначно. И это ловушка, в которую, за редким исключением, проваливаются все блистательные журналистские подвиги.

О несбывшихся надеждах

Тема моей лекции — «Журналистика между “Сегодня” и “Завтра”». «Сегодня» и «Завтра» — две знаковые газеты 90-х годов. Газета «Сегодня» входила в холдинг «Медиа-мост» и была абсолютно блестящим изданием на деньги редактора Гусинского, в котором работал весь цвет журналистики в диапазоне от Сергея Пархоменко до Михаила Леонтьева (тогда разница между ними была не так велика, как сейчас). Казалось, что это наше светлое европейское будущее наряду с газетой «Коммерсантъ», про которую ничего особенно объяснять не надо – она и сейчас в прекрасной форме. Газета «Завтра» наоборот воспринималась как какое-то маргинальное безумие: сидит куча каких-то недобитых коммунистов в окопе и оттуда в ужасной, замшелой, пропагандистской стилистике что-то орет. Есть безумные передовицы Проханова и какой-то коллектив людей: полковник Шурыгин, журналист Бородай, карикатурист Геннадий Животов, которые пишут совершенно оголтелый пропагандистский бред. Казалось, что есть профессиональное европейское будущее и есть замшелое, отсталое, совковое пропагандистское прошлое. А в результате все вышло ровно наоборот: будущее оказалось совершенно не таким, каким мы его тогда себе представляли. Если смотреть на российский медийный ландшафт сегодня, то выясняется, что стилистика газеты «Завтра», язык газеты «Завтра», система ценностей газеты «Завтра» полностью победили. Все стало газетой «Завтра».

О приспособлении к новым форматам

Все лекции, на которых я рассказывал, как через пять лет мы все будем читать с мобильного телефона, в основном были посвящены тому, как эту корректную, профессиональную, европейскоориентированную журналистику переложить на новые технические средства. Тогда казалось, что проблема заключается в этом: бумага умирает, и надо как-то переползти в новый цифровой мир, не растеряв денег, завоевав новых читателей, перейдя на новые форматы. В результате оказалось, что глобальная газета «Завтра» тоже прекрасно переползла в эти форматы и с помощью государственных денег чувствует себя в них совершенно замечательно. Что SMM «Life News» и те умения, с которыми «Life News» ведет себя в социальных сетях ничуть не хуже, если не превосходит по качеству SMM старой «Ленты.Ру» и вообще кого угодно.

О гибели фактчекинга

Одна из вещей, которая появилась с одной стороны в связи с быстротой и дешевизной распространения информации, а с другой стороны в связи с информационной войной, — это полная гибель фактчекинга. То есть в каком-то прекрасном и совершенном мире существует служба фактчекинга «Нью-Йоркера», который всем людям, упомянутым в материале, звонит по 30 раз и выверяет каждый упомянутый о них факт, но в реальности не то, чтобы фейсбучные пользователи, а уже и большие информационные агентства давно забили на все. История с новостями из Кореи, которая повторяется раз за разом с пугающей частотой, лишний раз это доказывает.

О human touch

Мне кажется, что самыми важными сейчас являются материалы или журналистские стратегии, которые проламывают стенки «информационных пузырей», оказываются значимыми и релевантными для людей с противоположными взглядом на жизнь и разными системами ценностей. Образцовым примером для меня является материал Елены Костюченко про бурятского танкиста. Это какая-то штука, которую прочитали абсолютно все. История, которая тебя захватывает эмоционально. Она очень человеческая. Когда люди, начитавшиеся западных книг про медиаменеджмент, говорят про human touch, они имеют в виду, наверное, что-то более сентиментальное, с сайта AdMe.ru, а тут это не human touch, а какой-то просто удар в лоб. Это история, которую невозможно опровергнуть, потому что вот живой человек, который рассказывает о своих похождениях, причем рассказывает абсолютно неангажированно, с холодным носом. Еще один пример материала, который действует безотказно вне зависимости от того, каких ты убеждений придерживаешься, кому ты ставишь лайки и в каком окопе ты сидишь, – это фотографии Максима Авдеева последнего года. Качество материала сразу видно по тому, что его невозможно прицепить на знамя ни одной из враждующих сторон. Они задают какую-то гораздо более сложную и трехмерную картинку, и в этом их безусловное достоинство.

О новостях на экране блокировки

На чем мы будем читать журналы и газеты через пять лет? У меня есть две гипотезы. Мне кажется, что через пять лет мы будем читать все это, во-первых, в мессенджерах, а, во-вторых, в часах. Уж сколько раз это происходило: когда компания Apple выпускает какой-то предмет, который кажется ненужной глупостью, абсолютной блажью и излишеством. Но проходит пять лет, и оказывается, что именно это и становится каким-то базовым средством коммуникации и донесения информации. Мне искренне кажется, что Apple Watch — это такая тупиковая ветвь эволюции, и уж из этого точно ничего не выйдет. Наверняка они закроют производство года через два, поняв всю бесперспективность. Но при этом я совершенно не удивлюсь, если окажется, что они правы и опять все угадали. На самом деле и в истории с часами, и в истории с мессенджерами, в которые стремительно скатывается весь остальной интернет, вопрос только в одном: а как выглядят вот эти новости, эти журналистские материалы в каком-то формате маленькой картинки или маленького сообщения. Уже сейчас, если вы себе настроили в «Медузе», в «Guardian», в «New York Times» или где угодно push-уведомления, то основным интерфейсом, в котором вы взаимодействуете с новостями, оказывается даже не экран вашего мобильного телефона, а экран блокировки. Если телефон у вас лежит в кармане некоторое время, то потом вы читаете все новости, не включая его. И это ровно те новости, которые будут вылетать и точно так же высвечиваться на ваших экранах, и те же новости, которые будут появляться в каком-то виде в этих часах.

О базовых ценностях

Эти вишенки на торте: часы, дроны, издание Vox со своим human touch и прочими достоинствами – все это не отменяет традиционных журналистских добродетелей. Это приемы, которые должны знать свое место, не заменяя базу, которая есть в этой профессии. Я абсолютно убежден, что независимо от того, какой период мы сейчас переживаем, насколько газета «Завтра» со своей стилистикой и системой ценностей пожрала все вокруг, куда переезжают редакции и какими методами обхода блокировок они пользуются, все равно база остается той же самой.

Софья Урманчеева

Mediakritika.by

Фото: Журнал Афиша

Второй день XVII Всемирного конгресса русской прессы (ВАРП) его участникам для обсуждения была предложена тема «Государство и СМИ. Глобальные тенденции нового тысячелетия». Тон дискуссии задал Павел Гусев, руководитель Союза журналистов Москвы (СЖМ), издатель газеты «Московский комсомолец».

П. Гусев остро критиковал законодателей, ущемляющих свободу слова в России. «Унизительными и безнравственными» назвал он поправки, приравнявшие блогеров к журналистам, а соцсети к СМИ. «Есть артисты, а есть статисты. Есть журналисты, а есть блогеры. Вознося блогеров на пьедестал, мы уничтожаем профессию журналиста, — с возмущением сказал он. — И это политика, наносящая гигантский вред журналистской профессии».

Ложь и вранье, что печатные СМИ умирают, возмущается известный журналист и издатель. В регионах России газеты и журналы по-прежнему являются основными источниками информации, а соцсети там доступны далеко не каждому. В целом по России 30% газетных киосков закрыты, в Санкт-Петербурге — около 40%, в Москве — 20%. Полное вранье и то, что подписка падает, говорит П. Гусев. После того, как сняли дотации на почтовые расходы для прессы, цена на подписку поднялась на 80%, и это удар по пожилому населению.

П. Гусев сообщил, что 85% СМИ в России принадлежат государству или аффилированным структурам. После законодательных изменений реклама упала на 60%, печатные СМИ лишились 40% рекламного рынка, ТВ — 18%, глянец — 55—60%. Причина лежит в запрете на рекламу многих видов деятельности, затронувших, прежде всего, малый и средний бизнес, который и так сократился более чем наполовину. «А ведь это основа рекламных бюджетов для СМИ, — сетует издатель. — Если его уничтожить, откуда взяться рекламе?»

В кулуарах конгресса П. Гусев затронул еще одну острую тему — вброс в информационную среду, прежде всего через социальные сети, т.н. «фейков», за которыми, по его словам, стоит мощная много миллиардная индустрия. Эти «фейки» создают искаженную картину действительности, их читают не только пользователи соцсетей, они попадают и на страницы и каналы СМИ. И противостоять этому явлению невозможно.

Ольга Павук

Фото и текст BK

Гендиректор «Первого канала» Константин Эрнст считает, что телевидение не устареет.

Мы все прекрасно понимаем, что с каждым днем соцсети все больше входят в нашу жизнь. Они становятся не просто местом для общения и переписки, но и площадкой для продвижения товаров. Еще совсем недавно мы просто разговаривали и ставили лайки под фото наших друзей, а сейчас уже люди сети делятся советами, профессиональными навыками, продвигают услуги, покупают товары и т.д.