29 января 2018 года АО «Первый канал. Всемирная сеть» объявил о расширении контентного предложения для стран СНГ и Балтии: в пакет войдёт телеканал «Дикий» производства ООО «Дикое телевидение».

Структуры банкира решили вопрос о возврате миллиардов, зависших в банке

Минфин предложил увеличить затраты бюджета в 2021 году на поддержку СМИ сразу на

40% по сравнению с теми, что планировались прошлой осенью.

Телецентр «Останкино» подал два иска к «Первому каналу» на суммы 89,46 млн руб. и 73,96 млн руб., следует из информации на сайте картотеки дел арбитражных судов

Причиной обращения правообладателя стала песня «Весна» в программе «Что? Где? Когда?»

20% акций бизнесмена перешли структуре «ВТБ Капитал»

Максим Галкин рассказал о возвращении на Первый канал, своем новом проекте, а также объяснил, в чем уникальность его положения в российском шоу-бизнесе и почему до сих пор не стал «заслуженно народным» артистом.

— Ваше возвращение на Первый канал произвело фурор даже среди тех людей, которые гордятся, что не смотрят телевизор. Почему это случилось?

— В свое время я ушел с Первого канала — по каким-то своим, сугубо личным причинам. Уже не очень хорошо помню свою логику. Ну, допустим, мне хотелось чего-то другого, другого развития. Работа на канале «Россия 1» много мне дала, я нарастил какие-то новые мышцы и очень за это благодарен. В то же время за эти семь лет на Первом было много сатиры и юмора в мой адрес, но я никогда не обижался, а над некоторыми пародиями дико хохотал.

Всегда было понятно, что канал имеет на это право, поскольку я был по отношению к нему не прав. Сейчас же у меня созрел совершенно другой проект, и стало понято, что сделать его на «России» будет сложно. А единственный человек, с которым я смогу его осуществить, — это Константин Эрнст. Я был очень рад, что он откликнулся. Без его участия сделать то, что мне нужно, я не смогу — без его видения, без его креативной энергии.