С 1 ноября в России вступают в силу поправки в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», которые определяют обязанности для владельцев VPN-сервисов, «анонимайзеров» и операторов поисковых систем по ограничению доступа к информации, распространение которой в России запрещено.

Рекламные доходы государственных теле- и радиоканалов РТ в прошлом году упали на 15%, перетекая в печать и интернет

Прошлый год мало что изменил: для многочисленных птенцов гнезда ОАО «Татмедиа» главной кормушкой остается бюджет, который вынужден постоянно увеличивать «содержание». Но хотя республика в 2015 году увеличила объем господдержки СМИ на 63 млн., убыток холдинга снизился лишь на сопоставимую величину — 92 млн. рублей, а неожиданное падение эфирных рекламных доходов могло стать одной из причин кадровых реформ. Не исключено, что новому руководству придется взять на себя бремя непопулярных решений.

ВГТРК, «Национальная медиа группа» (НМГ), «СТС медиа» и «Первый канал» договорились использовать единую платформу для трансляции прямого эфира в интернете, пишут «Ведомости» со ссылкой на сотрудников двух каналов.

По данным ФОМа, большинство россиян пока предпочитают получать информацию из телевизора, но, судя по динамике, интернет-новости вскоре займут доминирующее положение

Данные многих международных исследований свидетельствуют о том, что в скором будущем традиционные источники информации — печатная пресса, телевидение и радиовещание — будут выдавлены с информационного рынка, а главенствующую роль займут интернет-СМИ. Как следует из результатов январского социологического опроса Фонда «Общественное мнение» (ФОМ), российская аудитория не исключение и все чаще получает свежую информацию и новости из интернета, особенно активно россияне пользуются мобильными устройствами.

В опросе принимали участие респонденты, в последний раз использующие интернет не менее недели назад. Оказалось, что из таковых 78% узнают новости из телевидения, а 60% — из интернета, в опросе можно было выбрать сразу несколько вариантов ответа. Новости из печатной прессы предпочитают узнавать только 10% граждан, а 12% черпают новую информацию из радио. Если информация в интернете и телевизоре противоречивая, то 32% респондентов больше верят версии ТВ, а 30% — интернету.

Ни власть в лице руководства Минсвязи, ни руководители крупных медиакомпаний как России, так и мира не понимают, как будет работать медиарынок лет через 10-15. Это стало очевидно в ходе дискуссии «Стратегические перспективы развития масс-медиа: технологии, экономика, контент», которую в рамках выставки «Связь-Экспокомм» провел Игорь Щеголев.

— В стране кризис — экономический, финансовый. На ТВ это уже отразилось?

— Телевидение находится не на пороге кризиса — оно уже целиком погрузилось в кризис. В этом году произошло сокращение рекламных бюджетов на 25–30 процентов. Каналы сели на голодный паек. Это привело к тому, что не будет запущена половина качественных, ярких сериалов, и мы не увидим также примерно каждое второе телевизионное шоу. Их просто не снимут. То есть ТВ станет в полном смысле слова беднее, в том числе и творчески.

Но отсутствие денег — это только фон. Есть более тяжелая проблема, с которой мы столкнулись. Два года назад, когда начались украинские события, был дикий всплеск интереса людей к информационному вещанию. Тогда многие политические ток-шоу становились самыми рейтинговыми. Казалось, это никогда не кончится. Но теперь мы видим, что население устает от украинской темы и постепенно перестает это смотреть. Наступил момент, когда требуется зрителям предложить что-нибудь новое. Кто-то решил: надо веселое, танцевальное, музыкальное, юмористическое! Некоторые ТВ-начальники считают, что в условиях дефицита бюджета деньги нужно тратить именно на такой легкий контент. А я считаю, что это будет самой трагической ошибкой российского телевидения. Если оно пойдет по этому пути, то через несколько лет полностью уступит пальму первенства Интернету. И уже никогда не сможет с ним на равных конкурировать.

— А вы можете предложить какую-то другую концепцию?

— После присоединения Крыма изменилась страна. Сегодня люди смотрят на мир совсем другими глазами и хотят знать о нем гораздо больше. Поэтому многие форматы уже по-другому работают. Когда-то я был у истоков создания шоу «Пусть говорят» (Первый канал), потом «Прямого эфира» («Россия 1»). Почему сегодня такие высокие рейтинги у этих программ? Потому что там затрагиваются темы, которые волнуют людей, там показаны реальные истории из жизни. Сейчас на канале «Россия 1» запущен проект «Вести.doc». Первая программа была об Эдварде Сноудене. Перед фильмом состоялась жаркая дискуссия с участием Жириновского и адвоката Анатолия Кучерены. Они чуть не подрались в эфире.

— Ну не надо больше про Жириновского, ладно…

— Но это же был успех! Дело не в жаркой дискуссии, а в качественном фильме об Эдварде Сноудене, который получил, кстати, «Оскара». Люди хотят смотреть реалистичное, документальное кино. А у нас в условиях дефицита денег начинаются попытки сократить именно документалистику, реальное телевидение. И если сейчас каналы сделают ставку только на развлекательное вещание, зрители это смотреть не будут.

Сейчас наступила эпоха продюсеров. И каждый на телевидении считает себя именно продюсером. Но настоящих профессионалов можно посчитать по пальцам, например: «Пусть говорят», «Давай поженимся», «Прямой эфир», «Модный приговор», «Вести.doc» запускала Наталья Никонова. То есть сегодня возрастает роль человека, который предугадывает развитие телевидения. Их единицы: Константин Эрнст, Олег Добродеев, Сергей Шумаков. Но на ТВ сегодня приходят другие люди. Помните, в советское время самой популярной программой был концерт в День милиции? А теперь может наступить в эфире один сплошной День милиции.

Я сейчас все больше занимаюсь детской анимацией в 3D. Потому что если мы не будем использовать новые формы, которые существуют в мире, то мы упустим важный диалог с детьми.

— Детское ТВ — это отдельная большая тема. Но давайте вернемся к реалити-шоу вроде «Пусть говорят» и «Прямой эфир». Это же не жизнь на самом деле, а навязанная модель жизни, искусственный подогрев интереса ради рейтинга, то есть полуфабрикат, имитация. Люди живут теперь исключительно тележизнью, а не своей собственной. Вы разве не видите здесь манипуляции?

— Не вижу. Возьмите программу «Прямой эфир» с главным героем — Юрием Лужковым, мэром Москвы, который только потерял должность. Это был предельно честный разговор. Или беседа с Рамзаном Кадыровым о том, что реально происходит в Чечне. Формат «Прямого эфира» позволяет делать это шоу абсолютно реалистичным и не облегченным. Так же, как и фильм про Сноудена в «Вести.doc», который смотрела довольно большая аудитория, а ведь это непростая тема. Так вот, задача современного ТВ «подсадить» людей на серьезные проблемы, показанные документально. С этим можно спорить, не соглашаться, причем интерактивно. По-моему, это и есть будущее ТВ. Вот сейчас говорят про одного проворовавшегося губернатора и его компанию. Но вы покажите дорогие московские рестораны, посмотрите, кто туда ходит. И вы увидите, что там кроме министров, губернаторов и крупных бизнесменов никого нет.

— Я думаю, в этих ресторанах сидят еще и телевизионщики, вот вы, например.

— Я, кстати, не только люблю ходить в хорошие рестораны, я даже люблю снимать в них телевизионные программы. Например, известный ресторатор Аркадий Новиков был моим ведущим. Но вернемся к теме разговора. Просто надо больше показывать жизнь. Про белое говорить — «белое», про черное — «черное». Сегодня масса трудных тем. Например, в программе «Специальный корреспондент» мы пытались рассказать, что происходит с крабами, икрой, браконьерством, незаконной охотой на Дальнем Востоке. Мешали влиятельные силы. Слава богу, что в какой-то момент Администрация Президента стала помогать. Настоящая журналистика не может уйти из эфира. Как только она уйдет, и будет просто развлекательная картинка, настанет смерть телевидения. А настоящая журналистика уйдет в Интернет.

— Но где вы видите настоящую ТВ-журналистику? По-моему, речь идет прежде всего о настоящей пропаганде. Зато «Исторические хроники» Николая Сванидзе, по-моему, больше не покажут никогда.

— Но у нас был проект, который назывался «Исторический процесс», где Николай Сванидзе спорил с Сергеем Кургиняном. Они «бились», не жалея друг друга. Там действительно были представлены две противоположные точки зрения. Это была битва мировоззрений, ведь все противоречия у нас начинаются именно с трактовки нашей истории. Мы еще поборемся за этот проект.

И за «Вести.doc» мне не стыдно. Его ведет Ольга Скобеева, которую вы можете назвать пропагандистом, а другие назовут как-то иначе. Но у нее всегда представлены разные мнения. И за «Список Норкина», который шел на НТВ, мне совершенно не стыдно. Я абсолютно уверен, что если на ТВ будут иные точки зрения, то это всегда будет ярко, интересно, честно.

Александр Мельман

Фото: Геннадий Черкасов

МК

Они обогнали USB-модемы по пользовательскому трафику

Во второй половине 2015 г. смартфоны опередили USB-модемы по пользовательскому трафику в мобильной сети МТС, говорится в исследовании оператора. За год доля USB-модемов в общем интернет-трафике мобильной сети МТС сократилась с 45 до 37%, а доля смартфонов, соответственно, увеличилась с 32 до 39%. Абоненты МТС на смартфонах в 2015 г. скачали вдвое больше данных, чем в 2014 г., тогда как суммарный трафик вырос за тот же период в 1,5 раза, говорит представитель оператора Дмитрий Солодовников.

В конце 2015 г. общий интернет-трафик смартфонов превысил трафик USB-модемов и в сети «Вымпелкома», сообщает представитель оператора Анна Айбашева. У пользователя смартфона используемый интернет-трафик растет гораздо быстрее, чем у абонентов других устройств, замечает она. За год трафик смартфонов вырос на 80% и составляет почти половину от общего трафика в сети «Вымпелкома». Айбашева объясняет это ростом популярности смартфонов и стагнацией рынка модемов.