«Русская Медиагруппа» первой среди крупных холдингов внедрила полностью автоматизированную систему отчетности перед Российским Авторским Обществом (РАО).

Холдинг «Газпром-Медиа», уже управляющий девятью радиостанциями, запускает еще один формат. Он будет конкурировать с «Русским радио» и помогать молодым исполнителям — правда, пока только в Красноярске

​«Русские песни»

Холдинг «Газпром-Медиа» запустит новую радиостанцию, которая должна в перспективе составить конкуренцию «Русскому радио», рассказал РБК Юрий Костин, гендиректор вещательной корпорации «ПрофМедиа» (ВКПМ). После покупки в 2014 году холдингом «Газпром-Медиа» основных активов «ПрофМедиа» именно ВКПМ управляет всеми радиостанциями «Газпром-Медиа». Новая станция будет называться «Русские песни» и заработает в Красноярске, уточнил Костин: «Начнем с регионов. Будут частоты в Москве — будем вещать и в Москве». Точная дата запуска не известна.

Основатель радиохолдинга уверен, что компания не в состоянии за год вернуть 3,5 млрд рублей

"Русской медиагруппе" придется самой расплачиваться перед ВТБ за кредит, который был выдан основателю фонда "Федерация" Владимиру Киселеву на покупку РМГ. Об этом газете "Ведомости" рассказал бывший гендиректор медиагруппы Сергей Кожевников, лишившийсясвоего поста в августе прошлого года.

Изданию стали известны условия получения кредита, сумма которого составила около 3,5 млрд рублей, ранее СМИсообщали о 3 млрд. Кредит на приобретение 78% акций РМГ у ИФД "Капитал" был выдан сроком на один год по ставке 12% годовых структурам Киселева, а именно – ООО "Сервисная компания "Бизнес-гарант".

ИФД, как следует из "СПАРК-Интерфакса", контролирует РМГ через две свои компании – АО "Капитальные инвестиции", который владеет 8% акций радиохолдинга, и ЗАО "Медиаинвест" (39% акций), еще 31% находится в депозитарии СДК "Гарант". Впрочем, человек, знакомый со структурой владения РМГ, утверждает, что у "Капитальных инвестиций" сейчас 47% акций радиохолдинга.

Изданию стало известно, что именно на покупку этой компании у ИФД "Бизнес-гарант" Киселева потратит первый транш кредита ВТБ – 1,97 млрд рублей. Второй транш банка, 1,5 млрд рублей, получат уже "Капитальные инвестиции", которые купят у структур ИФД оставшийся 31% акций РМГ.

Но возвращать кредит банку и платить проценты по нему будут не компании Киселева, а сам радиохолдинг. Ведь выручка самого "Бизнес-гаранта" в 2013 году составила, по данным "СПАРК-Интерфакса", 90 000 рублей, а прибыль – 54 000 рублей.

Однако, РМГ и ее "дочки" не в состоянии самостоятельно вернуть кредит ВТБ, уверен Кожевников. Стоимость чистых активов группы по итогам 2014 года в 4 раза меньше суммы кредита – 871,2 млн рублей. По итогам 2015 года она еще уменьшилась, до 704,5 млн рублей. Бывший гендиректор медиагруппы опасается, что все это может привести к банкротству радиохолдинга.

Источник: Sostav.ru

Заместителем генерального директора, а также директором департамента маркетинга «Русской Медиагруппы» назначена Екатерина Сичкар

6 декабря на площадке форума гражданского участия #МЫВМЕСТЕ «Русская Медиагруппа» провела пленарную сессию

Новым гендиректором холдинга станет Сергей Архипов

Акционерный конфликт основного владельца "Русской медиагруппы" (РМГ; "Русское радио", Maximum, Ru.TV и др.) "ИФД-Капитала" Леонида Федуна и Вагита Алекперова с ее миноритарием Сергеем Кожевниковым закончился увольнением последнего с поста гендиректора. Его место займет другой сооснователь "Русского радио" и бывший глава радиовещания ВГТРК Сергей Архипов. К его кандидатуре у российских эстрадных продюсеров, ранее выступавших против превращения РМГ в патриотический медиахолдинг, "вопросов быть не может".

С 13 августа РМГ в должности гендиректора возглавит бывший президент холдинга и один из основателей "Русского радио" Сергей Архипов, такое решение принял совет директоров, сообщила пресс-служба "ИФД-Капитала", управляющего 78% РМГ. Вчера также было принято решение о досрочном прекращении полномочий действующего гендиректора Сергея Кожевникова, владеющего 22% компании. В совете директоров РМГ пять человек, включая трех представителей "ИФД-Капитала", директора технического департамента РМГ Филиппа Кармалито и самого господина Кожевникова, не принявшего участия в голосовании.

Причина отстранения Сергея Кожевникова от должности — потеря доверия к нему, уточнили вчера в пресс-службе "ИФД-Капитала". "В конце апреля был представлен отчет внутреннего аудита, в рамках которого были выявлены эпизоды использования служебного положения и средств организации в личных интересах; гендиректор без согласования оставил компанию без управления на три месяца; на фоне обсуждения потенциальной сделки начинают возникать разговоры о коррупции в медиахолдинге",— перечислил представитель "ИФД-Капитала".

Сергей Кожевников вчера сообщил "Ъ", что готов оспаривать увольнение в суде. "Я нахожусь в законном отпуске. Если во время отпуска будут совершены противоправные действия типа переизбрания гендиректора — подам в суд",— сказал он. Господин Кожевников в конце июля отбыл в отпуск до октября, "потому что много неотгулянных дней", объяснял он ранее в интервью "Ъ".

Сергей Архипов вчера отказался комментировать назначение, отметив, что контракт с ним пока не подписан.

Увольнение гендиректора РМГ стало следствием конфликтом акционеров. В конце июня "ИФД-Капиталъ" объявил, что акционером РМГ станет ФГУП "Госконцерт", вскоре продажу 100% группы одобрила ФАС. Переговоры от имени ФГУПа вел Владимир Киселев, рассказывали источники "Ъ" в медиахолдингах, а возглавляет предприятие его партнер Сергей Бунин. В октябре 2014 года Владимир Киселев и председатель совета директоров РМГ Ольга Плаксина предлагали Владимиру Путину сделать "Госконцерт" и РМГ координационным центром проекта по созданию "эффективнейшей системы идеологическо-пропагандистской работы с населением" и взращиванию новых патриотически настроенных артистов. Эта идея встретила протест популярных певцов и продюсеров, включая Григория Лепса, Филиппа Киркорова и Стаса Михайлова. В интервью "Ъ" Сергей Кожевников заявлял, что ему неофициально предлагали продать "Госконцерту" свои 22% РМГ примерно за 750 млн руб., что он посчитал заниженной оценкой. По словам знакомого господина Кожевникова, тот предлагал основным акционерам три варианта: оставить ситуацию как есть, выкупить его долю по рыночной стоимости либо разделить активы в пропорции 22 на 78, оставив ему канал Ru.TV и одну из радиостанций, например "Монте-Карло".

Кандидатура Сергея Архипова может стать компромиссной — у большинства российских музыкальных продюсеров она не вызывает отторжения, в отличие от варианта, при котором РМГ попала бы под прямое управление менеджмента, связанного с "Госконцертом" и Владимиром Киселевым, говорят собеседники "Ъ" на рынке. Господин Архипов, назначенный новым гендиректором РМГ, ранее владел 19% этого холдинга, но в 2007 году продал свои акции структурам Леонида Федуна и Вагита Алекперова за $47,5 млн, после чего несколько лет руководил радиовещанием ВГТРК. Последнее время господин Архипов жил в Финляндии, где развивал собственную радиостанцию. "Мы с уважением относимся к Сергею Архипову, он профессиональный человек, придумал идею и название "Русского радио", вопросов к его кандидатуре быть не может в принципе никаких",— заявил вчера "Ъ" продюсер Иосиф Пригожин.

Анна Афанасьева
Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсант
Коммерсант

Сергей Кожевников оспорит в суде увольнение с поста гендиректора РМГ

Сооснователь и акционер «Русской медиагруппы» Сергей Кожевников будет оспаривать свое увольнение с поста гендиректора в суде, заявил Кожевников агентству Rambler. Ранее ИФД «Капиталъ» как контролирующий акционер РМГ инициировал переизбрание гендиректора холдинга. По итогам заседания совета директоров Сергей Кожевников был освобожден от должности, а вместо него назначен Сергей Архипов, который в свою очередь уже успел покинуть свой пост. ИФД «Капиталъ» объяснил смену руководителя финансовыми претензиями к бывшему главе холдинга. Сергей Кожевников ответил на вопросы ведущего «Коммерсантъ FM» Анатолия Кузичева.
— Словосочетание «патриотический холдинг» какие вызывает у вас ассоциации, эмоции?

— У меня не вызывает никаких ужасов или неприятия. Другое дело, что слово «патриотический» вряд ли сочетается со словом «холдинг». Патриотизм — это то, что внутри каждого из нас.

— Расскажите, пожалуйста, сюжет всего происходящего, потому что, если я правильно понимаю, если совсем упростить все, то есть некая группа, я уж не знаю, насколько она финансовая или даже, может быть, околополитическая, которая пытается войти, выкупить или забрать, я уже не знаю, какое тут корректное более слово, «Русскую медиагруппу». Я так понимаю, что фишкой и идеологическим козырем этой самой группы, то ли финансовой, то ли околополитической, является переформатирование в сторону патриотизма успешного холдинга под названием РМГ. Понятно, что фигура руководителя, генерального директора становится важным то ли порожком, то ли проблемой на пути. Расскажите нам сюжет, потому что я не уверен, что я правильно интерпретирую все то, что есть в прессе.

— Сюжет очень простой. Появляется группа, называемая «Госконцерт». Это ФГУП при Министерстве культуры, который имеет убытки по прошлому году в 2,5 млн, ничтожные обороты, и примерно человек пять, которые этим занимаются, сотрудников. Он хочет приобрести «Русскую медиагруппу», холдинг с оборотом 2,5 млрд и EBITDA в 680 млн. При этом у него нет ни денег, ни средств, но есть горячее желание и вывеска патриотизма. Больше ничего. Дальше идут активные муссирования в прессе о том, что это необходимо сделать, что нужно принять политику. На что мы говорим: «Господа, в Москве 54 радиостанции, если вы ссылаетесь на министерство, на государство, на какие-то высокие кремлевские звания, то почему вы не получите просто свободную частоту и сделаете на ней все, что вам нравится? Докажете свою творческую состоятельность путем творческого отбора и творческого конкурса? Может быть, на самом деле ваши воззрения будут нужны аудитории». Мы в них глубоко сомневаемся, потому что мы видим непрофессиональную маленькую команду, очень агрессивную, которая занимается какими-то махинациями и не более того.

— Интересно, а вот что значит забрать? То есть эта маленькая агрессивная группка пыталась, используя чьи-то деньги, выкупить РМГ?

— Пока ни одного официального документа не существует, существует грязь, поток информации, обливания в прессе о том, что РМГ такое, сякое, плохое, и за этим стоит господин Киселев. Всего остального, ни официальной оферты, ни какого-то разумного предложения, ничего до сих пор нет.

— А как бы вы сказали, какое предложение можно было бы трактовать как более или менее разумное? О чем можно было бы говорить, о каких деньгах может идти речь?

— Самое разумное и самое простое. Сделки на медиарынке проходят ежегодно. Они бывают выше, ниже, существует предложение и существует спрос. На этом основаны все товарно-денежные отношения. Если бы акционеры предложили рынку: «Мы хотим выйти из этого бизнеса и предлагаем рынку приобрести этот актив, какие будут предложения?». То тогда бы мы узнали реальную востребованную цену. Потому что существуют различные оценки от 7 млрд до 15, кто-то называет 2, но это все очень условные.

— То есть у вас нет точного понимания, сколько может стоить сейчас РМГ?

— Сейчас вам ни один эксперт не скажет точное понимание, потому что медиарынок находится внизу.

— Да, это понятно.

— Рекламный рынок находится в убытке. С точки зрения инвестора, активы продавать сейчас — полная глупость. Есть сейчас смысл покупать, потому что, скорее всего, медиактивы будут оценены недорого, но для продажи, на мой взгляд, как акционера и как генерального директора, это не самое удачное время. Поэтому я, когда мне предложил продать господин Киселев свои акции, причем не в официальной форме, а в какой-то неформальной, мягко говоря, то я сказал, что я не готов по такой низкой цене продавать. И готов, исходя из этой цены, купить у остальных акционеров весь холдинг.

— А какие деньги предлагал Киселев?

— Мы полагали, из оценки холдинга $60 млн, и как мы знаем, в апреле месяце радио «Шансон» было продано за такие деньги. Я считаю, это несопоставимо.

— Понятно, конечно. Какой у вас сейчас статус в холдинге, в РМГ?

— Я член совета директоров и акционер.

— Я видел в прессе сообщение о том, что вы пытались, предлагали выкупить акции?

— Вот я вам только что описал.

— Нет, вы пытались у ЛУКОЙЛа, скажем?

— Нет ЛУКОЙЛа, есть «ИФД Капиталъ». Я сделал официальную оферту 3 августа, до сих пор на нее не получил никакого ответа.

— А какие параметры были в вашем предложении?

— Ровно такие же, какие предложили мне.

— Давайте уже от бизнеса перейдем, условно говоря, к эмоциям. Сейчас артисты пишут письма, которые пытаются помешать этому самому, не знаю, как назвать это, то ли слиянию «Русской медиагруппы» и ФГУП «Госконцерт».

— ФГУП, у которого даже нет денег, и у него нет разрешения от Министерства культуры на покупку. Он судорожно пытается на рынке взять у кого-то кредит, причем под залог покупаемых акций. Давно уже такого не было, чтобы покупали под залог акций, причем параллельно при этом заявляя, что нам реклама не нужна, непонятно с каких денег мы вам кредит будем возвращать.

— Некоторые СМИ, РБК в частности, пишет, что Maximum и «Монте Карло» выступили против. А какая структура холдинга, как Maximum и «Монте Карло» могут выступать против чего-то, в каком качестве, и кто от них выступает?

— Я не думаю, что это «Монте Карло» и Maximum, я думаю, что это коллективы радиостанций выступают против.

— Да, тогда это логично. Вернусь к напоминанию о том, что артисты многие пишут письма, пытаясь защитить «Русскую медиагруппу» от этой операции. Как вы считаете, есть ли перспективы какие-то не превращения «Русской медиагруппы» в патриотический холдинг?

— Я считаю, что сама идея бредовая. Дело в том, что «Русское радио» — единственная радиостанция, по которой транслируют отечественную современную музыку.

— Не считая «Нашего радио».

— «Наше радио», безусловно, но у «Нашего радио» более узкий формат, это только рок-музыка. У «Русского радио» формат — мейнстрим, то есть более широкая музыка, от мягкого шансона до рок-н-ролла. Поэтому если взять первую десятку радиостанций, то только три станции крутят современную музыку: «Европа Плюс», «Русское радио» и радио Energy.

Все остальные станции из первой десятки крутят более архаичную, более взрослую музыку для аудитории 40-50+. Это и радио «Дача», и радио «Шансон», и «Авторадио» и другие. Что касается этих трех станций, то они единственные, которые крутят современную музыку. «Европа Плюс» и Energy крутят преимущественно западную музыку, и «Русское радио» крутит российскую музыку. Поэтому все выпады господина Киселева о том, что нет дороги молодежи или там они не патриотичны, — это просто ложь.

Что касается артистов, то получив угрозы от господина Киселева, которые выступили с призывом непродажи именно этому человеку, то есть никто не выступает против тех или иных экономических отношений, все боятся этого одиозного человека. Его выступления только отпугивают звезд и публику от радиостанции. И поэтому, особенно когда господин Киселев, имея на руках основания о том, что артисты против него, начал им рассылать письма с угрозами, якобы от РМГ, то тут уже возмущению не было предела. И они собираются отзывать многие свои произведения с «Русского радио».

— У вас был опыт личного общения до этой всей истории с Киселевым? Потому что человек не очень давно, но зато довольно ярко появился на небосклоне, я имею в виду после группы «Земляне», в виде такого деятеля.

— Рассвет группы «Земляне» состоялся 30 лет назад. Самая красивая и яркая песня «Трава у дома» написана Мигулей на стихи Поперечного, к которой Киселев не имеет никакого отношения. Он в это время был барабанщиком в группе. Администратором в группе, как это тогда называлось, был Борис Зосимов, довольно известный человек. Борис Зосимов говорит крайне нелицеприятные вещи про господина Киселева и всячески избегает каких-либо общений с ним.

Что касается господина Киселева сейчас, то за последние 30 лет нет ни одного успешного проекта или успешной популярной песни, которую он создал. Есть много групп, многие из которых вы даже не знаете. Есть группа «Бойкот», есть группа «Санкт-Петербург», группа «Русские», артист Юркис — его сын, артист Владимир — его сын, и артистка Елена Север — его жена. Вот это потенциал, с которым он пытается звучать на «Русском радио».

— Это патриотическая династия вместо патриотического холдинга, я смотрю.

— Это, как называли в советское время келейность, а не патриотическая династия. Валерия — патриотическая певица? А группа «Любэ»? Наверное, уж более патриотической, чем «Любэ», трудно придумать в нашей стране. Несмотря на все уважение, это большие артисты с большой творческой судьбой, и Киселев им обещает катафалк вынести. Так себя вести просто неприлично.

— Это он такого рода угрозы про катафалк отсылает артистам?

— Да.

— Про катафалк?

— Да. Лепсу и Коле Расторгуеву, звание катафалка. Это прям уже ни в какие ворота.

— Я знаю, что у вас, по крайней мере, есть такие слухи, что у вас с Сергеем Архиповым, еще одним сооснователем РМГ, довольно напряженные были, и, наверное, есть, отношения. Но сейчас Архипов назначен генеральным директором, он три дня посидел в этом кресле, а потом покинул холдинг. Я считаю, что он поступил совершенно правильно и умно. У вас с ним были разговоры, вы понимаете мотивы его ухода, они те же самые?

— Понимаю. Мы с Сергеем 20 лет назад организовали «Русское радио», придумали всю РМГ. Мы ссорились как творческие люди, мы мирились, но с глубоким уважением относимся друг к другу. Сергей восемь лет назад продал свои акции, вышел и работал на ВГТРК, последние два года жил в Финляндии. У него есть там финский проект, на котором он работает. Господин Федун его позвал возглавить РМГ, Сергей приехал, но столкнувшись с потоком лжи, нажима, неправды, подменных писем, он сказал, что в такой обстановке работать не будет и снимать артистов по указке Киселева тоже не будет. Это не обновление, это крайний непрофессионализм, дилетантство, нахрап и наглость, и в такой обстановке он возвращается к себе в Финляндию и спокойно живет. Ему не нужен весь этот бардак.

— Понятно. Сергей, прошу вас, ваш прогноз на то, как теперь будет развиваться ситуация.

— Мой прогноз как акционера крайне негативный. Если все то, что продолжается сейчас, будет продолжаться, то, как сказал тот же Архипов, «Русской медиагруппе» осталось существовать три месяца.

— Вы согласны с этой оценкой?

— Я согласен. Если переругаться со всеми звездами, оскорбляя их и шантажируя, то ничего, кроме негатива, Киселев не добивается. Звезды уйдут, за ними уйдут рекламодатели. Господин Киселев не понимает ничего в рекламном бизнесе, видимо, поэтому его заявление о том, что «Русскому радио» реклама не нужна — я такой дичи давно не слышал.

— Все-таки я еще раз про ваши акции спрошу. У вас нет ощущения, что их можно как-то, наверняка есть какие-то приемы, когда можно размыть пакет, еще что-то сделать. Вы не боитесь, что с вашими акциями что-нибудь произойдет? Давайте так деликатно сформулируем.

— Все может произойти. Это будет уже чисто рейдерская постановка, все может произойти. Но даже на размытие, безусловно, мои партнеры-акционеры гораздо богаче меня, и если это произойдет, я не смогу этому противостоять. Я могу противостоять только творчески.

— И намерены противостоять, если вдруг, не дай бог, такое произойдет?

— Вы спрашиваете меня, смогу ли я противостоять?

— Гипотетический сценарий спрашиваю.

— Гипотетический сценарий. Возможно ли сопротивляться частному лицу против миллиардных состояний? Вряд ли.

— Какой мотив у держателей 78% акций их продать?

— Старшие партнеры всегда отличались, скажем, бизнес-смекалкой и здравым смыслом. У нас с ними были прекрасные отношения. Я думаю, что сейчас, выйдя из обаяния Киселева, они сориентируются, и либо продадут это настоящим патриотам, которых достаточно много, скажем, тот же Пригожин с Дробышем хотят выкупить эти акции, или сделают тендер на рынке.

— Я хотел спросить про давление на них, но я так понимаю, что вы уже ответили. Единственное давление, если я вас правильно понял, — это обаяние Киселева, так? Еще какое-то давление вы можете предположить на старших партнеров?

— Я не знаю, осуществляется ли давление на моих старших акционеров. На меня осуществляется давление только со стороны Киселева.

Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Коммерсант

Радиохолдинг «Русская медиагруппа» (объединяет радиостанции «Русское радио», DFM, Maximum, «Хит FM» и др.) подала иск в арбитражный суд Москвы против своего миноритарного акционера Сергея Кожевникова (контролирует 22% холдинга), следует из картотеки арбитражных дел. Кожевников уточнил RNS, что требование РМГ — взыскать с него расходы на печать документов к собранию акционеров.

Радиопродюсер Михаил Козырев об отставке гендиректора РМГ

19 августа один из основателей «Русской медиагруппы» Сергей Архипов покинул пост директора холдинга спустя неделю после назначения. Причины своего ухода он объяснил отсутствием перспектив для дальнейшей работы. Ранее РМГ продали «Госконцерту», что вызвало недовольство со стороны как артистов, так и продюсеров. Ведущий «Коммерсантъ FM» Анатолий Кузичев обсудил тему с радиопродюсером, ведущим радиостанции «Серебряный дождь» Михаилом Козыревым.
— Вы человек, который хорошо разбирается в том, как сделать из артиста звезду, если такой процесс возможен посредством радио, который хорошо понимает функционирование, механизмы функционирования музыкальных радиостанций. Как вам вообще это словосочетание даже просто на уровне звучания – «патриотический холдинг»?

— У меня, конечно, мурашки по коже идут от этого названия. Патриотизм нынче — это самый простой способ отжать у другого человека собственность, заработать себе дивиденды и получить субсидии у государства. То есть огромное количество людей спешат объявить себя патриотами. По мере степени близости к власти, к президенту, они стараются этот ресурс конвертировать себе в конкретное владение. И при этом в самом слове патриотизм, конечно, ничего плохого нет. Потому что патриотизм подразумевает не любовь к государству, а любовь к своей стране, к родине. И точно так же, как любовь к своему родному человеку, ты не выражаешь тем, что все, что он ни делает, все обязательно хорошо. Ты любишь его таким, какой он есть. И если у него есть недостатки, которые ты пытаешься исправить, и если есть достоинства, ты за них любишь, то нынешние патриоты — это патриоты заработков в первую очередь.

Уж точно меня заподозрить в искренней любви к «Русскому радио» нельзя. То есть для меня всегда эта радиостанция была абсолютным средоточием такой прожженной эстрадной попсы во всех ее разнообразных проявлениях. Когда мы делали «Наше радио», я сделал его абсолютно точно в антитезу «Русскому радио», показывая, что есть еще много музыки на русском языке, которая в формат «Русского радио» войти однозначно не может.

Но при этом сегодня мне очень жалко, я очень соболезную, например, Сереже Кожевникову. Он оказался в абсолютно несправедливой, чудовищной ситуации, как человек, который создал с нуля новый продукт, продукт успешный, продукт, который зарабатывает деньги, продукт, который дал путевку в жизнь огромному количеству артистов, и просто оказался в ситуации рейдерского захвата. Потому что люди, которые приходят к нему сейчас, — это люди безжалостные, не понимающие ничего в радиорынке, пытающиеся конвертировать свою близость к первому лицу государства в то, чтобы отжать себе плодородный кусочек земли.

— Понятно, что там слово «патриотизм» болтается, но прямого отношения к нему в том высоком смысле, который вы вначале объяснили, не имеет. Эмоции, хорошо, понятно, но теперь с чисто технической точки зрения, с точки зрения бизнеса, у нас в эфире господин Киселев говорил, что ко всему прочему, между прочим, патриотические песни, патриотические мотивы и патриотические слова, — это еще то, что имеет очень большой спрос, то, что хорошо продается, поэтому это еще и бизнес-процесс в полном смысле слова. Более того, совершенно рентабельный и оправданный. Как вы считаете, хорошо понимая структуру музыкального рынка, это действительно так?

— Когда происходит все это месиво вокруг активов «Русской медиагруппы», когда возникло это словосочетание «патриотический медиахолдинг», я искренне пытался перешерстить свою память, и вспомнить какую-то группу, которая была создана изначально по заказу с целью быть патриотической группой. И ни одной такой группы я не нашел, я имею в виду группу, которая реально достигла популярности. Дело в том, что можно, как говорил один великий человек, обмануть одного человека много раз, можно обмануть всю страну один единственный раз, но еще никому не удавалось обмануть весь народ много раз подряд. То есть на первом каком-то хите, который заработает популярность, еще можно как-то представить артиста, но артист, который сделан с целью поднимать патриотизм, это абсолютная пустышка и полная профанация, таких артистов нет. Таких артистов нет нигде в мире. Это должно идти от сердца, никакого инкубатора для того, чтобы там взращивать сильно искусственно влюбленных в родину артистов, нет и быть не может. Например, одна из самых патриотичных, казалось бы, по истории если судить, групп, «Любэ» и Коля Расторгуев, это проект абсолютно гениального продюсера Игоря Матвиенко, который изначально, если вы помните, начинался отнюдь не с песни там «Выйду я на поле с конем», да, он начинался из серии там «Ты агрегат, Люся, ты агрегат».

— Дуня, агрегат, или Люся, да.

— Действительно. Да, то есть был продукт, тщательно выверенный, но абсолютно из серии парни из нашего двора, из нашего района. Но вот именно за счет гения Матвиенко и за счет искренности Расторгуева это выросло в группу действительно большого национального масштаба и группу достаточно талантливую, опять-таки не являюсь ее поклонником. Но на моей памяти многие даже из моих друзей рокнрольного цеха, продюсеры различные получали периодические предложения из Кремля, получали предложения от Суркова делать какие-то холдинги, делать какие-то рок-центры, какие-то студии, их было очень много. Они каждый раз ко мне приходили и говорили: «Мишань, давай поработаем вместе, ты же умеешь находить вот эти молодые таланты. Давай сделаем так, чтобы у нас молодые таланты были направлены на патриотическую волну». Я каждый раз собственно отвечал на это отказом и никогда ни у кого это не получалось. Поэтому вот эта история я не знаю, там каких-нибудь молодых рэперов, который весело будут петь: «Товарищ президент, я целую вас взасос»,— эта история изначально абсолютно проигрышная. Она никогда не состоится, народ рассекает фишку, он может полюбить одну песню, он никогда не полюбит артиста, который сделан настолько фальшиво.

— Вы когда-нибудь пересекались с господином Киселевым, там ведь главное действующее лицо, и на самом деле он поразил нас в эфире, он был на прямой связи тоже по телефону. Честно говоря, поразил и манерой общения, я сейчас так деликатно выражаюсь, и собственно философией своей, ну, это было такое незабываемое общение. Вы с ним общались когда-нибудь?

— Вы знаете, бог миловал. Я в данном случае отдаю должное вашей формулировке, что деликатно выражаюсь, но вы знаете, в моем представлении эта комбинация какого-то прошлого, относительно прошлого успеха песни, к которой он, в общем, насколько я понимаю, отношения не имел, «Трава у дома», и близкой дружбы типа помыться в бане с президентом. А, по сути дела, это такой полугопнический блатной лексикон времен 1990-х годов, и человек, который по всему, как он выражается, как он публично, в какой лексике и так далее, он все, вызывает у меня чувство глубокого омерзения. И один факт того, что он подал в суд на Чулпан Хаматову — это говорит обо всем. То есть я не знаю, каким нужно быть человеком, чтобы, зная деятельность Чулпан Хаматовой и ее фонда «Подари жизнь», подать на нее в суд, в общем, это говорит о том, что нет дна, нет принципов, нет ничего. Есть только понты и по понятиям, вот у меня такое ощущение от этого человека абсолютно точно складывается.

— Ну и в заключение нашей беседы, какой у вас прогноз на исход? На самом деле то, что вы упоминали Сергея Кожевникова, есть еще один участник этой всей истории, это Сергей Архипов, я его хорошо знаю, мы с ним, так сказать, близко общаемся, могу сказать, что он мой товарищ, понятно, что с Кожевниковым у них отношения были и, наверное, остаются довольно напряженными, но то, что Архипов ушел из всей этой истории с соответствующим комментарием, он просто молодец, и чутье его, видимо, не подвело. Да, молодчина. Просто вот я им горжусь.

— Сережа, да. Толя, у меня был с ним точно такой же по душам разговор, когда он придумал, если он придет, то Maximum он хочет доверить мне. Я к нему отношусь также с огромным уважением, его долгие годы знаю и дружу, я ему сказал: «Сереж, ты представляешь где патриотический холдинг и где я? Ты понимаешь, что с Киселевым это вообще мне не по пути?» Он сказал: «Меня там не будет, если там будет Киселев». Я говорю, Сереж, я вот тебя сейчас беру за слово, как скажешь, так и будет, я с тобой готов, но имей в виду, что не с Киселевым. Мы поставили все переговоры на паузу, договорились, что если все нормально, мы будем работать вместе, и потом через несколько дней, в общем, все стало на свои места. Сережа вовремя понял, что это просто разводилово, что его учредители, к сожалению, подставили, что дальше будут разговоры на уровне всяких министерств связи и Кремля без него. А он тоже абсолютно не из тех, не тот калибр личностей, чтобы быть марионеткой в чьих-то руках и участвовать в каких-то разборках, поэтому, несмотря на то, что для меня это было бы очень интересное приглашение и радиостанция моя родная, с которой я с удовольствием бы работал дальше, я вздохнул с облегчением, когда услышал, что Сережа отказался.

— Сейчас артисты пишут письма всякие, вы верите, что это можно остановить? Что сделать вообще, что должно произойти, чтобы проект «патриотического холдинга» все-таки не состоялся, и может ли что-то уже произойти?

— Честно говоря, я в это не верю, я верю в то, что разговор в парилке с первым лицом и сдержанный кивок головы из серии, послушай, да меня это вообще не волнует, хочешь — делай, пожалуйста, как хочешь, и все.

— Это индульгенция.

— Это индульгенция такая, которая пересиливает всех артистов вместе взятых, что тоже в определенном смысле ирония, потому что уж куда патриотичнее, чем Иосиф Пригожин и Иосиф Кобзон, ну куда патриотичнее, чем Газманов, но они же уже всем своим творчеством изо всех сил доказывали свой патриотизм. Нет, не достаточно. На каждого Пригожина придет свой Лопахин и вырубит его вишневый сад.

Фото: Екатерина Титова / Коммерсантъ
Коммерсант